`|Narrenturm.
Башня шутов.
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Займи своё имя.beon.ru, пока оно свободно

`|Narrenturm. > [История Warcraft]  7 мая 2009 г. 06:42:47


[История Warcraft]

Hitsuragi Laren. 7 мая 2009 г. 06:42:47
продолжение...
Стражи Тирисфала
Мне только нужно отдать приказ, и тысячи волшебников... не станут меня слушаться. Или переспросят: «Что-что?», ну или начнут спорить.
Терри Пратчетт, «Дамы и господа»
Шипящие огненные шары еще сыпались с неба там и тут, но тролли уже не сопротивлялись. Отращивая утраченные конечности и опаленные шкуры, они уходили в леса, чтобы навсегда потерять земли предков.
— Люблю запах паленых троллей поутру! — изрек Торадин, рассматривая поле битвы в бинокль.
«Это побьеда», — зашептались междуплеменные военные атташе, а эльфийский посланник лучезарно улыбнулся Торадину:
— Взгляните на этот впечатляющий огненный ураган! Ваши маги под нашим мудрым руководством сотворили настоящее чудо. Сила сильна в них, если позволите так выразиться. Мы с вами выиграли вдвойне — эльфы получили жизненное пространство, а вы, арафийцы, теперь знаете основы магии.

Через несколько дней послы Квель-Таласа и люди подписали мирный договор. Эльфы принесли клятву верности и дружбы народу Аратора и роду короля Торадина, получив взамен весь северный Лордаэрон.
— Колдуйте во славу человеческо-эльфийской дружбы! — напутствовал юношей из гильдии ЧАВО эльфийский архимаг. — А если возникнут проблемы — не стесняйтесь, обращайтесь к нам, мы всегда поможем.
«Например, если вы вдруг ненароком призовете Саргераса и его Пылающий легион», — мрачно подумал он. Тем временем хор молодых магов затянул гимн гильдии: «Я надеваю волшебный плащ и волшебную шляпу...»

Наступил долгий мир. Эльфы постепенно расселялись по обестролленным серверным землям. Армии Аратора вернулись в Стром с победой. Торадин больше не отправлял солдат на покорение новых племен, справедливо опасаясь отхватить слишком много земли.
Торадин правил долго и счастливо. Стром рос и богател, молодые маги колдовали — и это было хорошо. Через много лет старый король умер. Его многочисленные наследники уже не так щепетильно относились к вопросу о принудительном расширении границ Аратора. Завоевательные походы начались снова.
Чтобы удлинить границу за счет очередного племени, достаточно было послать небольшой отряд, усиленный несколькими магами. Стоило боевым волшебникам демонстративно сжечь колдовским напалмом пару гектаров леса, как все племя уже неслось навстречу завоевателям с хлебом и солью. Драться с арафийцами не хотел никто, а посылать юношей в столицу изучать магию желали буквально все! Неудивительно, что очень скоро границы империи арафийцев распространились на весь южный Лордаэрон, а в гильдии магов появились новые лица. Новички не знали эльфийских наказов, не уважали традиции и считали, что учителя ограничивают их по пустой прихоти.
Куда делись прежние времена, когда магией занималась лишь сотня избранных? Пришла другая эпоха. Пьяные студиоузы незримых университетов шатались по улицам Строма и практиковали магию на всем подряд — от уличных собак до вывесок магазинов. В кабаках вместо торжественного: «Я надеваю...» раздавались фривольные песенки про магический посох.
Даже королевский дворец не был защищен от неприятностей. Слуги пытались использовать колдовство, чтобы облегчить свой труд. В очередной раз услышав в королевских покоях: «Ой, какой холосый половичок... был», старый король взбунтовался, собрал высших магов и объявил:
— Я, конечно, все понимаю — под вашим началом племя младое, незнакомое, им надобно учиться. Но вся столица уже стонет от ваших выходок, налогоплательщики ропщут. Вижу только один выход: организуйте обучение в другом месте, подальше отсюда. К примеру, можно основать магическую академию в северных землях. А вторую академию мы соорудим на противоположном конце Азерота... где-нибудь в конце земель... о чем это я?
— Мы подумаем над вашим предложением, — холодно отозвались маги. Но самые амбициозные в глубине души прыгали от радости, потому что обратная сторона изгнания — полная свобода и неограниченная власть.

Где водятся волшебники? Местом изгнания магических школ и библиотек стал город Даларан, выросший в горах к северо-западу от Строма. Даларан оказался первым независимым арафийским городом-государством и первым симптомом грядущего распада империи.
Сюда пришли сотни магов, колдунов, способных юношей и мудрых старцев. Как по мановению волшебной палочки, над Далараном поднялись остроконечные шпили, украшенные изумрудами. Впрочем, почему «как»? Архитектурой здесь заведовали маги, они вложили в башни Даларана не одно укрепляющее заклятье.
В городе поселились не только волшебники — кто-то должен был обеспечивать бесперебойную работу канализации, торговать хлебом и мести улицы. Самые терпеливые крестьяне, ремесленники и торговцы пришли в Даларан, чтобы ухватить свою долю от волшебных богатств. Ради «длинного золота» они готовы были терпеть все что угодно — и волшебные взрывы при неудачных алхимических опытах, и случайные превращения в овец.
А ошибки в экспериментах были частым делом — молодые маги желали поскорее освоить новые возможности чародейства и волшебства. Сотни амбициозных колдунов тренировались в высоковольтных заклинаниях. Очень скоро ткань реальности вокруг Даларана стала истончаться и прорываться. Древняя история с эльфами повторялась.

Все началось одним прекрасным утром. По улице Даларана бежал человек в волшебной шляпе. За ним гнался паукообразный демон. Судя по крикам преследуемого, это был самопрограммирующийся голем на тригенных куаторах с обратной связью, которые разладились, и... «Ой-ой, он меня сейчас расчленит!»
Десятку магов удалось загнать чудище в темный переулок и там совместными усилиями выгнать из реальности. Тогда еще никто не знал, что это запах магии привлек агентов Пылающего Легиона, которые когда-то были изгнаны из Колодца Вечности. Один за другим, там и тут, при мощных выбросах энергии демоны проникали в Даларан.
Одни чудовища были похожи на рогатых собак, другие напоминали ожившие груды булыжников. Поначалу обычные горожане ничего не подозревали — в газетах о странных пришельцах не было ни слова, и даже на первых полосах ежедневника «За передовую магию» публиковались лишь официальные статьи («Ударим огнешаром по отдельным недостаткам»). Волшебники, пытаясь разобраться в происходящем, скрывали от публики случаи проникновения демонов в город.
Однако когда по улице вдруг начала ходить большая крокодила (она зеленая была), сея панику, ужас и вред, даже среди крестьян поднялся ропот. Правящий в Даларане совет магократов насторожился: цепь странных появлений незваных гостей даже с натяжкой не походила на случайность. Каждый раз на борьбу с очередным демоном отправлялись сильнейшие маги, но раз за разом они натыкались на жесткое сопротивление — пришельцы из Искаженного нижнего мира легко парировали заклятья и с неприятным смехом растворялись в воздухе.
Маги стали ловить на себе косые взгляды. Крестьяне не хотели терпеть демонов, иерархи не могли ничего с ними поделать. Пошли слухи о революции. Магократы не стали дожидаться всплеска народного гнева; они вспомнили древние слова эльфийского архимага и отправили послов в Квель-Талас.

— Ну, вы дали стране угля! — сказал остроухий архимаг, выслушав посланников. Он нахмурился и глубоко задумался.
— Совсем плохо? — Послы имели бледный вид.
— Если бы все было совсем плохо, — рассудительно сказал архимаг, — я бы сейчас с вами тут не разговаривал. Однако любое промедление преступно. Я бы даже сказал, архипреступно!
Архимаг взял молоточек, разбил стекло с надписью: «Разбить в случае сами знаете чего» — и нажал на кнопку.
— Я только что объявил оранжевый уровень демонической угрозы, — пояснил он. — Сегодня же мы соберем комиссию, отправимся с вами в Даларан, и вы покажете нам своих... питомцев.

Тщательно обследовав Даларан, эльфы пришли в совет магократов и объявили:
— Две новости — хорошая и плохая. Плохая — это агенты очень злобного демона-завоевателя, ворочающего миллионными армиями, и очень скоро нам всем может стать очень кисло. Хорошая — масштабное вторжение нам пока не грозит, если вы урежете свои запросы по вольтажу.
— Мы сделаем все, что вы скажете, — произнес председатель. — Но объясните нам, что вообще происходит?
Эльфы не стали спорить. Они пригласили нескольких избранных магов в Квель-Талас в Совет Серебряной Луны.
— Мы расскажем вам все. Может, вы еще не знаете такой истины, но мы навсегда в ответе за тех, кого научили магии.
Остроухие рассказали магократам древнюю историю Калимдора — о Колодце Вечности, о пришествии Пылающего Легиона, об уничтожении колодца, об изгнании на Восточные Королевства и о вечной угрозе, что затаилась где-то там, за звездным покрывалом. Они объяснили, что магия притягивает Легион и, если люди не откажутся от магии, демоны так и будут приходить в Азерот как к себе домой.

Волшебники не могли отказаться от дела всей своей жизни. Но подвергать опасности города и селения Лордаэрона им тоже не хотелось — баррикады на улицах не способствуют сосредоточению.
После долгого размышления они предложили эльфам создать совместную тайную организацию. Спецслужбу, целью которой был бы отлов и истребление демонов, сумевших прорваться в Азерот.
Эльфы не возражали. Уже через несколько дней в секретном месте на Тирисфальских полянах был заключен договор, и первые тайные агенты получили задания.
— Мы — самая засекреченная организация в Лордаэроне! Наша цель — отслеживать и бороться с демоническими проявлениями на этих землях. Мы — ваша первая, последняя и единственная линия обороны. Мы работаем в тайне. Мы существуем в тени. Мы — Стражи Тирисфала! — Таков был девиз новой спецслужбы.
Ключевой фигурой в ней был лишь один человек во всей разветвленной сети — избранный Страж. Он получил неограниченные полномочия и огромные силы, предоставленные магами эльфов и людей. Энергия сотен колдунов, слитая в одном человеке, позволяла ему легко расправляться с любым демоном.
Всю жизнь Страж посвящал борьбе с демонами. Он охотился за ними на земле, боролся с ними в воде и гонялся за ними по небу. Он обладал небывалой силой и скоростью. Когда он размахивал мечом, клинок сливался в призрачный круг. Его волосы побелели. Он стал видеть в темноте.


— Видишь демона?
— Нет.
— И я не вижу. А он есть!..

Имени первого Стража история не сохранила. Когда он постарел, устал и не смог больше бороться с демонами, Совет Тирисфала избрал следующего Стража и передал все магические силы ему. А потом — следующему...
«Если что-то странное творится по соседству, кого мы позовем? Стражей Тирисфала!»
Шли годы, сменялись поколения. Стражи вели незримый бой с демонами, посещающими с недружественными визитами Аратор и Квель-Талас. Демоническая угроза была снижена до желтой. Человеческая империя росла и процветала.
До вторжения орков оставалось две с половиной тысячи лет.
Кузня — пробуждение гномов
Замок медленно пробуждался к жизни. В западном крыле кто-то стукнул ставнями и рассмеялся. Еще кто-то слабым голосом просил рассола из-под квашеной капусты.
А. Сапковский, «Что-то кончается, что-то начинается»
Злые языки утверждают, что эльфов боги создали из звездного света, людей — из солнечных лучей, а чтобы создать гномов, титану Хаз-Гороту хватило одного неосторожного движения зубилом.
На самом деле титаны, придавая форму миру Калимдора, создали совсем не гномов, а особую служебную расу подземных жителей — земных — с тем, чтобы те продолжали ухаживать за планетой, не появляясь на поверхности. Как морлоки, земные рыли ходы, строили дворцы, присматривали за полезными ископаемыми и знать не знали, что творится наверху. Наземные проблемы их не занимали — дикая это была раса и несимпатичная: вид сутулый, рост низкий, шерсть по всему телу и огромные челюсти, перекусывающие гранит.


Но когда был взорван Колодец Вечности, земных хорошо приложило. И это неудивительно — стонала вся планета! В панике подземные жители собрались в пещерах, где они когда-то были созданы, заперлись там и погрузились в оцепенение. Убежищем земным стали гигантские подземные чертоги, бывшие города титанов — Ульдуар, Ульдум, Ульдаман...
Подземные жители могли спать тысячи лет до скончания времен. Но что-то их разбудило. Ученые до сих пор выдвигают разные гипотезы о том, что бы это могло быть, — от изменения температурного режима пещер до заведенного на несколько тысяч лет будильника. Проснувшись, земные посмотрели друг на друга и ужаснулись. Они лишились бессмертия, и их прежний функциональный внешний вид ушел в прошлое: пялились друг на друга и хохотали обычные гномы — приземистые, носатые и бородатые.
Новая раса освободилась из рабства подземного царства. Гномы прокопали выход из Ульдамана и вышли на поверхность в горные районы срединных Восточных Королевств. Их приятно удивили небо и солнце, им понравился свежий воздух, но память о жизни в пещерах все еще была сильна. Неудивительно, что гномы при первой же возможности основали свой первый город в высочайшей горе с заснеженной вершиной.
Гномы назвали свои земли Хаз-Моданом («Гора Хаза») в честь своего создателя Хаз-Горота. Дойдя до самого сердца горы, они построили огромную кузницу. Вскоре вокруг нее вырос большой город, который гномы назвали просто и без изысков — Кузня. Гномы обрабатывали в своем городе камень и драгоценности, искали в горах богатства и ценные минералы, отливали кольца и жгучие радиоактивные камни. Ни люди, ни эльфы долгие века ничего не знали о новой расе.
До вторжения орков оставалось чуть больше тысячи лет.
Семь королевств
Город — страшная сила. А чем больше город, тем он сильнее. Он засасывает! Только сильный может выкарабкаться. Да и то...
х/ф «Брат»
Империя Аратора умирала. Стром по инерции оставался главным городом, но центробежные силы уже растаскивали единую страну на отдельные независимые полисы — Гильней, Альтерак, Куль-Тирас. Формально они оставались подчинены Строму, но новые обычаи, торговые пути постепенно отдаляли их от столицы.
Традиционным магическим городом, давно уже независимым, был, конечно, Даларан, управляемый Орденом Тирисфала. Магократы давно оправились от шока, вызванного известием о Пылающем Легионе. Волшебники секты Кирин-Тор занялись созданием каталога заклинаний, артефактов и магических предметов с тем, чтобы выпустить Энциклопедию магии. Полным ходом шла подготовка к изданию первого тома.
Города Гильней и Альтерак создали собственные мощные армии, которые отправились на юг исследовать земли Хаз-Модана. Они быстро наткнулись на город гномов. Две расы, встретившись, быстро поняли выгоды торговли. Гномы и люди заключили мир, стали торговать, обмениваться кузнечными и инженерными ноу-хау, вместе изучать военные технологии и историю Азерота.

Роль торгового города взял на себя Куль-Тирас, основанный на острове к югу от Лордаэрона. Вся его экономика была завязана на кораблях и рыболовстве, и очень скоро жители Куль-Тираса построили огромный торговый флот, объединивший дальние побережья.
По отдельности независимые города процветали, но империи от этого было уже не холодно и не жарко — Стром окончательно пришел в упадок. Обветшали стены, покосились ворота, в подвалах развелась нечисть. Жизнь ушла на периферию, а с ней ушли торговцы, крестьяне и ремесленники.
Даже знатные лорды Строма понемногу начали понимать, что у города нет будущего. Одни обратили внимание на дикие северные земли Лордаэрона. Другие захотели отправиться на юг через Хаз-Модан. Потомкам короля Торадина не нравились оба варианта — они яростно протестовали, пытались убеждать, уговаривать, угрожать — но уже ничего нельзя было сделать. Жажда странствий охватила и простых горожан.
Лорды Строма организовали исход и отправились на север на нетронутые земли Тирисфала. Далеко на севере, на берегу озера Лордамер они выстроили огромный город, который назвали бесхитростно — Лордаэрон, как и весь северный континент. В новый город среди дикой природы начали стекаться странники в поисках внутренней гармонии и безопасности.
Потомки арафийцев не захотели оставаться в опустевшем Строме и организовали «последний бросок на юг» — через Хаз-Модан. Не зная, что ждет их за горами, они долгие месяцы шли на юг, в земли, названные позже Азеротом. Их усилия были вознаграждены — за горами усталые путешественники открыли плодородную равнину. Здесь и был основан город Штормовой, который позже стал столицей огромного и сильного королевства.
А древний Стром опустел. Лишь немногие воины остались за его полуразрушенными стенами. Город уже не возродился, но упрямые стражи заселили опустевшие земли и назвали себя стромгард, что значит «Стражи Строма».
Империи Аратора больше не существовало. Города ушли на вольные хлеба, связи прерывались. Мечты короля Торадина о едином человечестве так и остались мечтами.
До вторжения орков оставалось восемьсот двадцать три года.
Эгвин и драконья охота
...иначе — memento more!
— Моментально!
— В море.
х/ф «Операция Ы»
Пока жители Строма обживали новые места и города Азерота росли и развивались под мирным небом, Стражи Тирисфала продолжали свое вечное бдение. Один за другим, в течение долгих столетий они гонялись за демонами по всему Лордаэрону.
Одной из последних Стражей была Эгвин, могучая воительница из рода людей (эльфов в Стражи вообще не принимали). Выиграв тендер у Ордена, она отнеслась к своей работе необычайно серьезно. Мантию Стража на плечи («Ух, бесовская одежа!»), верный меч в руках, бурлящая сила сотен магов в сердце — и ни один демон не мог противостоять Эгвин. Война с демонами — это не столько зрелищные бои, сколько бесконечные поиски, внимательная слежка и изнуряющее преследование в вечернем сумраке.
«Ко мне, упыри! Ко мне, вурдалаки!»
Кроме демонов, Эгвин в глубине души недолюбливала Совет Тирисфала, считая, что в нем заседают мужские шовинисты, старики, непримиримые ортодоксы и вообще неприятные граждане. «С какого перепугу я вообще им подчиняюсь? — часто спрашивала себя она. — Кто лучше знает, как ловить агентов Саргераса, — эти кабинетные крысы или я, опытный следопыт? Почему вообще эта охота продолжается сотни лет, и отчего нельзя закончить ее одним мощным ударом?»
Опасны такие мысли, на Темную сторону ведут они!
Постепенно нетерпение Эгвин стало проявляться в ее работе. Стражница перестала размышлять, при первой же возможности бросаясь в бой или в погоню. Совет Тирисфала видел, что Эгвин тяготится долгими разговорами и разъяснениями, — но никого лучше ее под рукой не было. Работа шла, демоны уничтожались по мере поступления — что еще нужно?

Воинское мастерство Эгвин росло с каждым годом, и одним прекрасным утром она вдруг почувствовала смутную тревогу: демоны все реже и реже стали появляться в Лордаэроне. Постепенно область встреч с демоническими агентами смещалась на север, в заснеженные земли Нортренда.
Быть может, там их гнездо? Нортренд стал новыми охотничьими угодьями Стража Тирисфала. Среди холодных горных вершин носилась Эгвин, истребляя демонов одного за другим: «В очередь, морровы дети, в очередь!» Очень скоро ей стали попадаться мертвые драконы. Это последние остатки былых драконьих армий, ушедших от смертных рас, — демоны преследовали крылатых ящеров и убивали их, высасывая магию.
«Птичку жалко», — подумала стражница и отправилась на поиски драконов.
Когда последние драконы встретили Эгвин, радости их не было предела. Вместе они навалились на демонические отряды, и удача сопутствовала им. Со Стражем драконам нечего было бояться, и в сражении ей не было равных. Бой закончился легкой победой. Но когда был изгнан из этого мира последний демон, случилось нечто страшное.
На Нортренд спустилась тьма, и пришедшая с севера буря взметнула снежные бураны. В небе над горами появилась огромная темная фигура. Эгвин забыла обо всем, потому что через мгновенье титан уже стоял перед ней. Это было невозможно, но это было! Дьявол — длинный, сухой, грозный! Саргерас, король демонов и властелин Пылающего Легиона, появился перед Стражницей и ощетинился адской магией.


— Время Тирисфала пришло к концу, моя дорогая! И мир скоро склонится перед мощью Пылающего Легиона.
— Не бывать этому никогда! Экспекто патронум!
Эгвин бросилась на него, вложив в бросок все, что у нее было. Мимо! Мир накренился, а Саргерас снова перед глазами. Эгвин бросилась снова и на этот раз смогла ударить мечом. Титан согнулся пополам и медленно повалился в снег.
Стражница подошла к лежащему гиганту, примериваясь, как ударить, чтобы покончить с ним сразу. И тогда Саргерас приоткрыл глаза и сипло произнес:
— Dumkopf! Rotznase!
Сначала Эгвин его не поняла. А потом забыла странные слова...

Храбрая Эгвин стояла над телом Саргераса:
— Возможно, я была несправедлива к покойному. Но был ли он нравственным демоном? Нет, он не был нравственным демоном. Это был бывший титан, тунеядец, хулиган и пироман. Все силы он положил, чтобы жить за счет Азерота. А общество не хотело, чтобы Саргерас Титанович жил за его счет. Вынести этого противоречия во взглядах он не мог, потому что имел вспыльчивый характер. И потом он умер. Все!
«А чтобы ты не ожил случайно, товарищ, мы тебя похороним по первому разряду», — подумала довольная Эгвин. Сгнившее тело Саргераса было спрятано в гробнице в древнем городе со странным названием Рулиа. По необычному стечению обстоятельств, этот город лежал глубоко на морском дне с тех давних пор, как погиб первый Колодец Вечности.
Самоуверенная стражница считала, что победила демона навеки и принесла мир в Азерот. Как она ошибалась! Все прошло по плану Саргераса — погибая в своей физической оболочке, король демонов сумел переместить свою душу в тело ослабленной боем Эгвин.
«Странно... в теле такая приятная гибкость образовалась». Воительница не знала, что уже несет в себе семя будущих войн и катастроф. На долгие годы Саргерас затаился в теле Эгвин, ожидая своего часа.

До вторжения орков оставалось двести тридцать лет.
Эльфы и люди заключили договор, создав секретную спецслужбу для борьбы с демонами. Стражи Тирисфала открыли сезон охоты на агентов Пылающего Легиона, в то время как гномы осваивали горы Хаз-Модана, а люди расселялись по всему континенту.
Но хитрый титан Саргерас, огненный властелин демонов, нашел способ проникнуть в Азерот. Он воспользовался самоуверенностью молодой стражницы Эгвин, считавшей, что титана можно победить в бою. Физическое воплощение Саргераса было захоронено в подводном городе, но его дух вселился в Эгвин.
Война Трех молотов
Гномы из пещеры прочь полезли,
Ужас догонял из темноты.
И догнал. А что же делать, если
Узок мост и лестницы круты?
«Одна башня», О. Леденев, А. Ленский
«Хей-хо, хей-хо!» — странные звуки доносятся из норы в скале. Это гномий рудник — под этими горными кряжами тысячи трудолюбивых гномов вгрызаются в горы Хаз-Модана, чтобы все богатства взять из-под земли. Картины мирного труда проходят длинной чередою — вот гном несет ведро с водою, чтоб ею напоить стада.
Низкорослые и бородатые, крепкие и храбрые Балины и Двалины, Трампкины и Дрампкины, Заки и Арзаки, Румпельштильцхены, Казанунды и даже один рябой, который утверждал, что его зовут Шуттенбах, — все трудятся в горах, добывая металлы, сапфиры, алмазы, рубины, топазы.
Сотни лет непрерывно росло их поголовье (на вопрос о способе размножения гномов гоблинские ученые отвечают уклончиво: «При помощи кувалды»). Но не знал старый король Модимус Анвилмар, что хотя и нет вражеских армий у перевалов, и гоблины не устраивают набеги из-под земли, беда подкрадывается к гномам. Беда, которая называется так: «Нас слишком много!» Анвилмар спокойно правил, взирая на низкорослых подданных с трона.
А потом он умер. Очень жаль.
На три больших клана разделилось гномье общество. В Кузне, в тепле и уюте обитали рыжие Бронзобороды (за глаза их звали «Бронтозябрами»). Главой семейства был почтенный дон Мадоран Бронзобород, Король-в-Горе, любивший повторять: «Из пещеры родимой ни шагу назад!»
Вытесненные из Кузни на снежные холмы Дун-Моро, гномы из клана Диких Молотов заселили поверхность и основали несколько деревень вокруг столицы. Они прославились необузданным нравом («Психи, психи! Вы все законченные психи!» — «Предпочитаем слово «берсеркеры», парень»), а во главе клана стоял суровый тан Хардрос Дикий Молот, Король-у-Горы.
Глубоко под землей рыли тайные ходы и плавили металл с нарушением всех технологических норм гномы Темного Железа. Их соседи сверху, получая продукцию, ворчали: «Выплавили бы вы шлак, протерли бы свое железо тряпочкой — оно бы и засверкало! И сами бы помылись!» — на что посланцы клана Темного Железа неизменно отвечали: «Ну и что? Зато мы самые начитанные!»
— И что же вы начитываете? — спросили как-то Бронзобороды.
— Преимущественно рэп.
Руководил кланом Темного Железа колдун Тауриссан, Король-под-Горой. Он не был похож на своих коллег — Мадорана и Хардроса. Мрак и сырость сделали его характер совсем иным. Именно благодаря ему и всем Темным гномам родилась поговорка: «Если Темный ведет себя вежливо, значит, он копит силы, чтобы потом вести себя очень скверно».
Очень скоро, накопив достаточно сил, Король-под-Горой штурмовал Кузню. На шум драки прибежали Дикие Молоты. Долгие годы горы сотрясались от взрывов аммонала — три клана вели беспощадную войну. Воспользовавшись стратегическим преимуществом, Бронзобороды выгнали собратьев из окрестностей Кузни.
Дикие Молоты, ведомые разъяренным Хардросом, ушли на север через врата Дун-Алгаза и основали собственное королевство среди гор Грим Батола. Очень скоро в их подземные хранилища начали поступать первые золотые слитки и драгоценные камни.
Гномам Темного Железа повезло меньше — они поклялись отмстить собратьям за поражение и ушли на юг, где Тауриссан назвал своим именем город у подножия Красного Кряжа. Вместо того чтобы укрепиться стратегически, Темные, наскоро обосновавшись в новом месте, решили применить против Кузни и Грим Батола новую тактику «зерг раш» — ту самую, названную потом орками «блицкригом».
Войска группы «Север» должны были атаковать Грим Батол, в генералы была зачислена жена Тауриссана — храбрая Моджад. Среди гномов издавна было принято носить устрашающие шлемы-маски. Моджад маску не носила — ее лица боялись даже друзья. Войсками группы «Юг» командовал лично Тауриссан. Его целью была Кузня.
Атака на обе крепости должна была начаться синхронно, но по неизвестной причине штурм Кузни задержался, и Бронзобороды успели закрыть металлические двери толщиной в несколько метров. Шансов у Тауриссиана не было, его армия не успела вовремя сориентироваться, и Темные были разгромлены. Колдун с остатками преданных ему сил быстро отступил к Красному Кряжу, Бронзобороды наступали ему на пятки.
Тем временем дела у группы войск «Север» шли чуть лучше. Моджад открыла личико, и обороняющиеся Дикие Молоты в панике отступили в глубь горы. Темными чарами колдунья подняла из мрака создания из потустороннего мира и погнала их в психическую атаку. Дикие Молоты оборонялись яростно, но их всех спас Хардрос, который пробился со своими телохранителями к Моджад и, глядя на колдунью в отполированный бронзовый щит, отрубил ей голову. Мгновенно сгустившийся мрак рассеялся, каждый воин из армии Темного Железа внезапно пал духом, а Дикие Молоты воспряли и одним ударом выбили их из своих пещер. Остатки Темных в панике отступили на юг, пытаясь добраться до ставшего вторым домом Красного Кряжа.
Каково же было их удивление, когда, перейдя последний перевал, они увидели знамена ненавистных «Бронтозябров», осадивших Тауриссан! Впереди была вражеская армия, с тыла Темных теснили берсеркеры Диких Молотов. В общем и целом, день для воинства Тауриссана выдался неудачный.


Гора содрогалась ежеминутно. С потолка сыпался песок, завывали сирены. На командный пост поступали неутешительные доклады.
— Рыжие прорвали второй форпост.
— Дикие вот-вот возьмут восточное ущелье!
Мрачный, небритый Тауриссан стоял над картой Красного Кряжа и размышлял над перспективами. Падение его города уже было делом нескольких часов. Оставался единственный выход — рискнуть и вскрыть печать над обнаруженной несколько недель назад пещерой. Печать с надписью: «Здесь титанами был законсервирован объект Р. Не вскрывать ни при каких обстоятельствах (это и к тебе относится, чудо бородатое!)».
Колдун уже шел по коридорам, где мигали лампочки, бегали с секирами наперевес Темные и сыпалась пыль со стропил. Некоторые узнавали его, порывались отдать честь или отрапортовать, но Тауриссан лишь отмахивался.
Вот и вход в запечатанный зал. Вот и печать. Может, этот самый «объект Р.» поможет гномам избежать гнева Рыжих и Диких? Он помог. Но не так, как думал Тауриссан.
Когда под оглушительный подземный грохот на месте чертогов Тауриссана начала вздыматься земля, а гора на глазах превратилась в черный шпиль высотой с километр, Мадоран и Хардрос, стоящие на холме у палаток объединенной ставки, переглянулись:
— Ваша работа?
— Нет. Я было подумал, что это вы организовали вулкан.
С неба посыпались первые пирокласты. Из глубин Черной Скалы доносился громкий хохот — он был слышен на расстоянии десятков километров.
— Может, ну их к черту, этих Темных? — задумчиво предложил Магни.
— Барук казад! — упрямо скомандовал Хардрос.
Но даже он был вынужден согласиться с рыжебородым коллегой, когда из всех входов в бывший Тауриссан полилась лава, а низкий и громыхающий голос откуда-то из-под земли непонятно спросил: «Бандерлоги! Хорошо ли вам видно?»
«Барук назад!» — был передан приказ по армиям.
Никогда не знаешь, на какое огненное чудо ты наткнешься в глубине гор. Огненный бич, Дьябло Второй, Огневушка-поскакушка, Кибердемон — у него было много разных имен. Но Титаны, заключая в начале времен огненного властелина в подземную тюрьму, называли его Рагнаросом.
Шпиль Черной скалы, ознаменовавший возрождение огненного властелина, опустошил лавой и пирокластами все окрестные земли. На юге раскинулись Пылающие степи, с севера к горе теперь примыкало Опаленное ущелье. Убив неосторожного Тауриссана, Рагнарос поработил гномов Темного Железа и воцарился в Черной Скале хозяином гномов и стихийных духов.
Он и сейчас там живет.
Армии Бронзобородов и Диких Молотов вернулись домой. Они были слишком поражены печальной судьбой Темных, чтобы выяснять отношения.
Бронзобороды вернулись в Кузню и занялись восстановлением города. Молоты не решились восстанавливать Грим Батол — гибель Моджад отравила город, и народ Хардроса снова стал бездомным. Мадоран предложил им поселиться рядом, но Дикие Молоты были слишком горды, чтобы принять предложение. Они ушли дальше на север, в Лордаерон, чтобы заново обосноваться в северном Дальногорье. Новый город был назван Пиком Орлиного гнезда. Гномы занялись бесчеловечными экспериментами в области генетики. Очень скоро они вывели уникальное транспортное животное — грифона. Эти гордые животные вскоре расплодились по всей округе.
Гномы Кузни, не желая терять связи с северными родичами, затеяли и исполнили грандиозный инженерный проект Фандольский Пролет — мост между Хаз-Моданом и Лордаэроном. Сплоченные торговлей, два гномьих королевства процветали. Когда умерли старые короли, их сыновья построили две огромные статуи в их честь. С тех пор любой, кто подходил к туннелю, ведущему в Опаленное ущелье, видел грозные лица двух каменных гномов. Гиганты смотрели на юг — туда, где вздымалась Черная скала. Но гномам Кузни и горцам Пика Орлиного гнезда уже не суждено было объединиться.
До вторжения орков оставалось чуть меньше пятидесяти лет.
Последний Страж
— На его месте должен был быть я...
— Напьешься — будешь!
х/ф «Бриллиантовая рука»
Эгвин, похоронив Саргераса, направила часть своих сил на продолжение жизни и девятьсот лет охотилась на демонов. Когда Совет Тирисфала начал мягко намекать воительнице, что пора и честь знать, она, в очередной раз пройдя медкомиссию, решила, что старики из Совета не заслуживают права выбирать ей преемника.
«Преемника выберу я!» — решила охотница на демонов. — «Рожу ребенка и останусь серым кардиналом, когда его выберут очередным Стражем Тирисфала. А его выберут!»
Уже через несколько дней на званом вечере в королевском зале Азерота Эгвин подошла к королевскому советнику и придворному магу Ньеласу Арану и, завязав для приличия светскую беседу, похлопала глазами и с милой улыбкой спросила: «А правда ли, что на вашем волшебном посохе — огромный набалдашник?»
Аран поперхнулся вином.
Через девять месяцев в тайном лесном убежище Эгвин родила сына, унаследовавшего силу Стража Тирисфала и магическую энергию Ньеласа Арана. Она назвала его Медив, что означало на древнем языке эльфов «что-знаю-не-скажу».
«Отчего у него такие злые оранжевые глаза? Наверное, рецессивный ген», — думала Эгвин, глядя на спящего Медива.
«Сама ты рецессивный ген!» — думал Саргерас, устраиваясь поудобнее в душе младенца.
На следующей неделе король Азерота вызвал придворного мага и строго спросил его:
— Эгвин. Знаешь такую?
— Знаю. Стражница Тирисфала.
— Банкет прошлогодний помнишь?
— Припоминаю... — отвечал Аран, слегка покраснев.
— Поздравляю, ты теперь отец не только в магических искусствах.
Придворный маг схватился за голову.
Эгвин оставила мальчика расти при дворе и ушла в закат. Медив не знал, какая сила сокрыта в нем, не чувствовал присутствия Саргераса и рос очаровательным сорванцом. Вместе с принцем Азерота Ллейном и потомком арафийцев Андуином Лотаром он носился по дворцу и дергал девочек за косички. К четырнадцати годам Медива Саргерас настолько устал от тряски, беготни и девичьих воплей, что сказал: «Баста, карапузики!» — и вырубил свет.
Юный волшебник упал на землю. Придворные медики констатировали кому. Тело Медива подключили к аппаратам искусственного дыхания и посадили на катетеры.
Шли годы. Лотар и Ллэйн выросли и стали регентами. Медив тоже вырос, но так и не очнулся. В его мечущейся взаперти душе образовался мир белого тумана, в котором бродили нелепого вида монстры. Саргерас медленно сводил Медива с ума, наполняя чувства и мысли мраком Искаженного Нижнего мира. Все шло по плану.
До вторжения орков оставалось... А, кстати, вот и они!
Титан Саргерас, хулиган, тунеядец и пироман, погиб в бою со стражницей Тирисфала Эгвин, но сумел вселиться в душу ее сына Медива, которому на роду было написано стать могущественным магом. Медив рос во дворце, играл в одной песочнице с рыцарем Лотаром и принцем Ллейном. Он с детства интересовался всем темным и потусторонним. Никто не обращал внимания на его странные припадки и мрачные пророчества, изрекаемые хриплым басом, — все списывалось на переходный возраст. В четырнадцать лет Медив впал в кому, но и это не насторожило волшебное сообщество.
Тем временем где-то в далекой галактике, в Искаженном Нижнем мире...
Погибель Драэнора
Разговор с этим человеком был сродни некромантии.
Терри Пратчетт, «Интересные времена»
В час ночи вдруг приглушенно заверещал видеофон. Кил-Джаэден протер хвостом глаза, замысловато выругался, пыхнул огнем на канделябр и нажал кнопку ответа. На экране возникло незнакомое бледное лицо. Человек. Юноша. Глаза закрыты. На лбу шрам.
Кил сразу понял, кто перед ним. Он склонился перед аппаратом и забормотал: «Здравствуйте, товарищ началь... э-э, виноват — Разрушитель миров, Великий Враг Сущего, Темный Бог Безымянной Пустоты, упирающийся ногами во Вселенную».


Кил был демоном догадливым — других Адски Нереальный Босс рядом с собой не держит.
— Здравствуй, обманщик, — громыхнул голос из динамика, хотя губы спящего юноши едва дрогнули. — Радуйся, ибо мой план удался. Готовься завтра собрать военный совет. Позови Архимонда, службу вампирбезопасности и лучших командиров на твое усмотрение. Маннорота не забудь.
Судя по голосу, Адский Босс был чем-то очень доволен.
— Считайте, все сделано! — кивнул Кил-Джаэден. — А что им сказать?
— Скажи, пусть готовятся выступать, — громыхнул Саргерас. — Операция «Возмездие» вступает в активную фазу. Все ясно?
— Ага. Вот только... не серчайте, товарищ начальник, но почему вас не видно, и что это за тип? — Кил-Джаэден ткнул заскорузлым пальцем в экранчик.
— А, это мой временный носитель. Я бы вас представил друг другу, но разбудить его практически невозможно, он сейчас в коме гоняет чудовищ по миру белого тумана. — Губы спящего юноши саркастически скривились. — История долгая, но суть ее в том, что его мать Эгвин убила меня, съела и закопала. Она зачала и родила сына, а я нарек его Медив, потому что я был чужаком в чужой стране и мне хотелось пошалить. Медив станет моим пропуском и билетом назад в реальный мир.
— Так вы мертвы? Это огромное несчастье. Мне надеть траур, товарищ начальник?
— Посмейся еще у меня — вообще за харчи работать будешь, — проговорил Медив, не разжимая губ. — Специально поручу Тихону записать в черный блокнотик имена тех, кто не явится на мои похороны. Каждое дело рассмотрим персонально, будем исключать из Пожирателей... Да, мое физическое тело сейчас мертво, оно в полной безопасности — лежит на дне океана в древнем городе Рулиа.
— О, Рулиа? — вырвалось у демона.
— Да, Рулиа! — строго подтвердил титан. — И какие-то глупые глубоководные твари уже устроили вокруг моей гробницы культ. Больше тебя не задерживаю. Помни — космос будет наш!
Видеофон отключился. Кил-Джаэден рухнул на кровать. Возможно, видеть сны.

В оперативной комнате было не протолкнуться от хвостов, копыт и нервно подрагивающих крыльев — сюда согнали все высшее командование Легиона. Все говорило о том, что комнату прибирали в спешке, — по углам валялся старый мусор, стульев на всех не хватало, а у двери на кнопке висела одинокая бумажка с надписью: «Чтобы работать здесь, не обязательно быть злобным демоном ада, но это помогает!».
Телемост с Азеротом шел уже второй час:
— ...Таким образом, мы снова имеем тактическое преимущество и фактор неожиданности, — громыхали колонки голосом Саргераса. — Долгие годы наблюдения и доступ во дворец королевства Азерот дали мне огромное количество бесценной развединформации. Есть вопросы? Тихон, я заметил твою папочку и проектор, можешь перестать делать загадочный вид. Говори уже.
Вампир Тихондрий Темный встал с места, вышел к президиуму и сноровисто вставил в проектор пачку слайдов. Демоны притихли — вампиров из разведки побаивались даже командиры. Тихондрий надел очки и строго посмотрел на собравшихся.
— Для нас не секрет, что среди младшего командного состава ходят нелепые слухи. Будто бы в то время, как наш Пылающий Легион завоевывает мир за миром, разведка бьет баклуши и ничего не делает. — Вампир бросил выразительный взгляд на скукожившегося Маннорота. — А между тем в наших архивах есть подробное досье уже на десять тысяч обитаемых планет.
— Если можно, немного ближе к сути, — громыхнули колонки.
— Хорошо, — так же негромко продолжил Тихондрий. — Буду краток. Успех нашего вторжения во многом зависит от того, насколько готовы к нему будут смертные — я имею в виду психологическую готовность. Обследовав несколько миров, мы выработали план подготовительного удара. Он прост: сначала мы пускаем в бой третью силу и ослабляем оборону планеты. Лишь потом, когда силы защитников иссякнут, мы проводим простую орбитальную бомбардировку и высаживаем демонический десант.
Маннорот презрительно фыркнул и пробормотал что-то насчет одной роты какодемонов, которой можно захватить Штормовой. Но Кил-Джаэден, навостривший во время доклада уши, поднял когтистую лапу и спросил:
— И вы уже знаете, кого можно послать на эту разведку боем?
— Знаем, — лаконично ответил вампир и включил первый слайд. — Выбрать было непросто. Сначала нам понравилась заросшая лесная планета, на которой обитают двухметровые волосатые монстры. Сообразительные такие обезьяны. Вот, посмотрите — они строят на деревьях города и очень агрессивны: любят вырывать руки тем, кто посмотрит на них косо. Но огромной проблемой стал языковой барьер — расшифровать их рычание и ворчание было непросто даже нам.
Дав демонам налюбоваться на искаженную гневом волосатую морду аборигена, вампир переключил слайд.
— Другим многообещающим вариантом стала желтая песчаная планета, на которой обитают разумные гуманоиды среднего роста, в целом похожие на нашего друга Медива... по крайней мере, когда снимают свои уродливые маски. Они жестоки, суровы и очень храбры — объезжают даже гигантских безглазых змей, что живут в пустыне. Посмотрите на эту змею — чтобы совладать с такой, нужен не один взвод инферналов.
С экрана на демонов щерилась распахнутая пасть с тысячами зубов.
— Но и этот вариант отпал, когда мы узнали, что аборигены поголовно сидят на психоактивных веществах, которыми наполнен сам воздух этого мира. К тому же армия из таких людей может стать неуправляемой, стоит лишь солдатам увидеть простой водоем. Отбросив этот вариант, мы решили найти расу сильных, разумных, но неагрессивных и легко управляемых существ, чтобы воспитать из них таких воинов, которые нужны нам. Мы долго и безуспешно искали такой мир. Нам любезно помог руководитель группы Свободного поиска Кил-Джаэден — он безошибочно указал на самый безобидный шарик в этом секторе галактики.
Все взгляды устремились на сидящего в президиуме Кил-Джаэдена. Демон демонстративно покраснел и слегка приосанился.
— Да ладно, чего там... — сказал он. — Это все случайно вышло. Если бы стажера нашего не подбило метеоритом на орбите...
— Ладно, ладно, — улыбнулся Тихондрий. — Спасибо группе Свободного поиска от всей вампирразведки и кусбезопасности. И тебе лично, Джа. Ты дал нам все! А теперь все внимание на экран.
В тишине зала раздался щелчок, и на экране появилась незнакомая цветастая планета.
— Господа, прошу любить и жаловать. Планета, на которой мы создадим армию смертных. Драэнор.
Тайный договор Кил-Джаэдена
Там живут несчастные люди-дикари,
На лицо ужасные, добрые внутри.
х/ф «Бриллиантовая рука»
«Дневник экспедиции посольства Пылающего Легиона под руководством Кил-Джаэдена, чрезвычайного и полномочного представителя Пылающего Легиона на неизвестной планете».
День первый. «Планета Драэнор. Полезных ископаемых нет. Государств нет. Армий нет. Магии — тоже нет. Населена орочьими кланами». Прим. Кил-Джаэдена: «Жуткие физиономии, которые можно увидеть разве что на плакатах, рассказывающих о вреде пьянства. Зеленая кожа, огромные клыки. Одним словом, народец умильный и перспективный. Редкие пацифисты. Но кочуют! Устали ноги».
День второй. «Обнаружены следы второй цивилизации. Руководитель ушел на разведку». Прим. Кил-Джаэдена: «Видел в холмах загадочные города. Живет там какая-то тощая дрянь. Не орки! Очень любознательный народ. Один из них (как бы их назвать? дряни? дренеи?) набрел на опаленные мной кусты и чуть не спалил мое тайное убежище. Можно ли как-то использовать дренеев? Не забыть спросить Саргераса».
День третий. «На Драэноре отсутствует магия, но при этом орки и дренеи пользуются простыми заклинаниями и создают волшебные вещи». Прим. Кил-Джаэдена: «Просто шаманство какое-то!» Чуть ниже: «Разглядел бубны. Это многое объясняет».
День четвертый. «Оркам свойственна горячая любовь к природе, которую они готовы отстаивать ее с оружием в руках. Охота — вот их любимое занятие, национальный спорт, помогающий им ж